Как создавался фильм «Обыкновенный президент». Воспоминания Юрия Хащевацкого

«Обыкновенный президент» — один из самых известных политических фильмов современной Беларуси, образец удачной политической сатиры, который в ироничном тоне рассказывает о том, как Александр Лукашенко закрепился на вершине власти в стране.

Что стало поводом для съёмок

[Мы начали съёмки] ещё в 1995 году. Стали появляться белые пятна [на страницах независимой прессы], пошёл накат [на оппозицию] по телевидению, появился гнусный фильм «Ненависть. Дети лжи» Юрия Азарёнка — видите, у них целая семья работает над нами.

И тогда у меня возникла идея — на фильм стоит отвечать фильмом. Мы тогда начали работать. Мы — это я и [сценарист] Лёня Миндлин. Мы пошли к [главному редактору «Белорусской деловой газеты»] Петру Марцеву, помните, был такой. К сожалению, умер уже человек. И мы договорились, что будем делать этот фильм. 

Павялічыць

Как собирали материалы для монтажа

А далее, во время работы над фильмом, работало очень много людей. Многие приносили материалы, даже операторы из студии телевидения. Даже студия Минобороны «Военфильм» и та помогала — отдали кадры, когда Лукашенко приехал в Марьину Горку стрелять из пулемёта и многое другое. [Этот человек от «Военфильма»] пришёл и хохочет: «Ты представляешь, я сделал копию для тебя и вынес это всё. А на следующий день нас собрали и сказали, что есть вот такой Хащевацкий, который собирается сделать плохой фильм про нашего президента. Нельзя, чтобы из нашей студии убежали какие-то кадры». И он хохочет, потому что всё, что он хотел, уже получилось [вынести].

Оператору российского телеканала ОРТ Сергею Гельбаху позвонил Владимир Заметалин (на тот момент сотрудник администрации президента. — «Будзьма») и начал интересоваться, кто такой Хащевацкий. «Он создатель или разрушитель?» — вот такие вопросы они любили задавать. Сергей Павлович [Гельбах] тогда ответил: «Это смотря кому. Для вас он действительно терминатор, вам будет сложно».

О подставном разговоре с Лукашенко

Вот с тех пор начались проблемы. Я понимал, что интервью [с Лукашенко] нам не дадут. Но для этого мы вызвали из Красноярска тамошнего собственного корреспондента Геннадия Николаева. Он приехал [в Минск], мы целую ночь сидели с бутылкой и учили его, какие вопросы он должен задавать. Он задал эти вопросы, очень удачно всё получилось, Лукашенко всё рассказал.

И о том, как рецензировал 500 дней (непринятая программа перехода плановой экономики СССР на рыночную экономику в целях преодоления экономического кризиса 1990 года — «Будзьма»), и как он знает, как объединить народы. Он как раз тогда начинал свой поход в борьбе за московский трон за Кремль. Для него это было тогда очень существенно, он имел возможность пробовать это сделать. И поэтому он был заинтересован в возможности давать интервью журналистам российских изданий.

Поэтому он принял Николаева и рассказал ему о том, что вы слышали в фильме. И когда Гена возвращался назад, сидел в самолёте, ему позвонил Заметалин и сказал: «Вы знаете, мы бы хотели что-то уточнить. Там некоторые вещи не нужно было бы показывать, нужно вырезать и всё». А Гена ответил: «Я уже отдал этот материал режиссёру. У меня только копия». И назвал мою фамилию.

О попытке команды Лукашенко саботировать работу над фильмом

И с того момента начали закрывать всё, что могли. Спрятали в сейфах много материалов, до них было не добраться.

Но им казалось, что мы до них не дотянемся. А мы добирались.

Потому что эта сцена, например, где они срывали красно-белый флаг с крыши резиденции тогдашнего президента [Лукашенко]. Потому что сегодня он не президент. Тогда [в 1995 году] он ещё был легальный президент.

Тогда они, [Иван] Титенков (на тот момент управляющий делами президента — «Будзьма») и вся эта братия, залезли на крышу и срывали этот флаг. Так вот этот материал пришёл ко мне раньше, чем появился на телевидении. И кусок этого флага с подписью Титенкова, мне его продали за 50 долларов. А я, дурак, отдал его Марцеву. И где он сейчас, я не знаю.

Павялічыць

О финансировании съёмок

Это потом я узнал, что нас финансировали многие люди.

[Влиятельный бизнесмен] Александр Пупейко — это он финансировал фильм через Петра Марцева. Об этом я узнал позже. Тогда у Пупейко появились большие проблемы, он оказался в Варшаве. Он туда уехал и, слава богу, устроился. Счастья ему и здоровья, я надеюсь, что с ним всё в порядке.

А тогда был суд, его требовали депортировать [в Беларусь].

Доходило до интересного. Представляете, я выхожу из дома, ко мне подходит человек и спрашивает:

— Это вы Юрий Хащевацкий?

Я говорю: «Да».

— Это вы делаете фильм о Лукашенко?

Я посмотрел по сторонам: «Ну я, а что?», а сам думаю, что он мне сейчас либо по голове даст, либо произойдёт что-то интересное.

— А что, у вас какие-то проблемы сейчас есть с фильмом? Почему вы его так долго делаете?

— Вы знаете, сейчас возникли проблемы. Снимать стало опасно, ходить [по Минску] стало опасно. Ко мне несколько раз пытались залезть в студию. Пытались её найти, искали. Нужно ехать в какое-то другое место, сейчас решается вопрос с деньгами.

А он говорит: «Вы знаете, с деньгами мы вам поможем». И существенную сумму принёс и отдал мне, без всяких расписок, без ничего.

Почему фильм не помог лишить Лукашенко власти

Люди помогали, люди видели опасность, которая нас всех ждала. Но этих людей было маловато, к сожалению. Мы тогда не справились. Много было сделано ошибок. И многие наши тогдашние руководители [в политике] оказались слабоватыми. Потому что в момент, когда нужно было стоять, добиваться импичмента, в 1996 году, тогда он был возможен, это, к сожалению, отбросили. Не хватило запала у многих. Многие подумали, что лучше отсидеться.

Многие считали «моя хата з краю, я нічога не знаю», не зная, что первыми поджигают чаще всего крайние дома. Вот поэтому многие из этих людей оказались потом в тюрьмах, в бегах.

• 8
• 0
• 0
• 0
• 0
• 2
• 0
• 0