Россия никогда не скрывала факты поставок военной техники Дамаску, и об этом министр иностранных дел Сергей Лавров заявил в телефонном разговоре с госсекретарем США Джоном Керри — так в понедельник прокомментировала состоявшуюся ранее беседу представитель российского МИДа Мария Захарова.
«Лавров подтвердил, что подобная помощь всегда оказывалась и оказывается и что российская сторона никогда не скрывала, что поставляет военную технику официальным сирийским властям с целью борьбы с терроризмом», — сказала Захарова.
Телефонный разговор между Керри и Лавровым состоялся 5 сентября по американской инициативе. Керри заявил, что увеличение количества российских военных и техники в регионе может привести к дальнейшей эскалации конфликта, а также, как было заявлено, «гибели большего числа мирных жителей, увеличению потока беженцев и риску конфронтации с коалицией, действующей против «Исламского государства».
Читайте также:
Появились свидетельства, что Россия усиливает военное присутствие в Сирии. Керри звонил Лаврову
В конце августа пресс-служба сирийской армии распространила видеокадры из района города Латакия, где правительственные войска ведут бои против исламистских повстанцев из организации «Джаиш аль-Фатх». Эксперты утверждают, что на них видна новейшая бронемашина БТР-82а, поступившая на вооружение российской армии лишь два года назад.
В отличие от более старых БТР-80, этот вид техники Москва в Сирию официально не поставляла.
Появление у Дамаска БТР-82а наблюдатели связывают со средиземноморским вояжем десантного корабля российского Черноморского флота «Николай Фильченков», который 20 августа проследовал через пролив Босфор и, предположительно, мог доставить в Сирию партию боевой техники.
Поскольку сирийские военные не знакомы с БТР-82а, возникли подозрения, что Москва тайно направляет в район конфликта не только оружие, но и свой персонал.
В минувшую пятницу президент России Владимир Путин признал, что «мы оказываем Сирии достаточно серьезную поддержку техникой и подготовкой военнослужащих», однако подчеркнул, что говорить о возможности прямого участия России в военных операциях против ИГ преждевременно.
Комментарии