Как сложилась судьба интернациональных детей, которых воспитывали в Жодино в первом в Беларуси детском доме семейного типа?
В 1989 году в Беларуси (тогда ещё в БССР) появился первый дом детского типа. И получился он очень неформатным: под одной крышей в Жодино собрались детки, корни которых уходили в Индию, Корею, Ливан, Эфиопию и даже на Кубу.
Собрала их под своим крылом жодинка, учительница Марина Сагайдарова — на момент первого усыновления ей было почти 50 лет. Женщина не была замужем, у нее не было своих детей, но в итоге стала приемной мамой сразу для 12 детей.
Как сложилась жизнь детей, которых в свое время посещал Лукашенко, которого они потом в письмах просили разрешить называть «своим отцом»? Правда, «отец» так им ничего и не ответил.
Когда журналисты спрашивали Марину Ахатовну, почему она решила стать матерью такого количества чужих детей, она не сразу находила, что ответить. Соседи сплетничали, что все это для собственной выгоды — женщина получала зарплату воспитательницы, плюс под первый детский дом семейного типа отдел образования Жодинского горисполкома выделил большой коттедж. Оно и понятно, такое большое количество детей не могло бы жить в двухкомнатной квартире размером 29 квадратных метров, что была в собственности самой Сагайдаровой и ее матери Людмилы.
Правда, когда все дети достигли совершеннолетнего возраста, социальный дом забрали. Но об этом позже.
Первое побуждение усыновить кого-то сформировал просмотренный фильм про детский дом — так первенцем Марины стал белорус Виктор. Мальчика нашли в вагоне поезда, и в 3,5 года из борисовского детдома его забрала новая мать.
Позже уже женщина принципиально искала по стране в первую очередь темнокожих отказников. Всем она дала свою фамилию и новые, славянские имена. Кроме того, решила, что все дети будут Ивановичами и Ивановнами.
По семейной легенде отцом самой Марины был репрессированный китаец, которого девушка так ни разу в жизни и не увидела.
«Белокурые» сразу бросались ко мне в ожидании подарка, а «эти» (темнокожие — НН) молча стояли у стены. Нянечка прокомментировала: «А кому они нужны?» Это меня задело. Я сама же полукровка», — как-то вспоминала в разговоре с журналистами Сагайдарова.
Витька-разбойник
Такое семейство сразу сделалось местной знаменитостью — о них писали очерки и снимали телесюжеты. По большей части позитивные: многодетная семья, любовь, поддержка и взаимопонимание. Ходят в одну школу и всегда имеют собеседника и компанию для игр. Хотя за стенами их коттеджа разыгрывалось и много трагедий — маленьких и больших.
Первая случилась, когда старший Виктор добрался до маминых документов и рассказал всем сестрам и братьям, что они — приемные. Тогда дети сильно расстроились. Для разрядки Марина даже предложила им поискать след настоящих родителей, но никого это не заинтересовало — обиды.
Тот же Витька принес матери новую головную боль уже во взрослом возрасте — парень загремел в тюрьму за разбой. На этом его злодеяния не закончились. По информации, которой с нами поделились в «Белпол», за свои 45 лет жизни мужчина был осужден минимум восемь раз.
Он привлекался к ответственности то за украденную поллитровую водку «Бульбаш», то за стащенный на рынке мобильник «Нокиа», то за избиение с последующим отбиранием у жертвы кожаной куртки, то за вымогательство денег, то за ограбление квартиры.
Последнее известное место работы мужчины — позиция грузчика на заводе тяжелых штамповок. Он не женился и не заимел детей. И стал фанатом России.
Кира, клофелин и Pussy Riot
Жизнь младшей сестры Виктора Киры тоже, к сожалению, пошла по наклонной.
Уже в 20 лет, будучи студенткой Белорусской сельскохозяйственной академии, она украла у соседки по общежитию деньги. После отбытия наказания девушка уехала в Москву, где начала играть по-крупному.
Так, Кира сделала себе фальшивый российский паспорт на имя Светланы Дургаевой и начала знакомиться в злачных местах с обеспеченными мужчинами. Одного из таких, предпринимателя, она заприметила в зале игровых автоматов.
Продолжить вечер Кира предложила у нового знакомого дома, где подсыпала ему в напиток клофелин. Когда жертва отрубилась, женщина вынесла из квартиры 20 тысяч евро, два ноутбука и мобильный телефон. Правда, по камерам на подъезде и в зале автоматов девушку очень быстро нашла полиция.
Что интересно, когда Кира освободилась из тюрьмы, то на короткое время стала политической активисткой и давала многочисленные интервью на тему плохого обращения с заключенными женщинами. Она рассказывала, как была свидетельницей публичного избиения, штрафных изоляторов без причины, плохой еды и отсутствия медицинской помощи.
Ее жалобы на российскую Федеральную службу исполнения наказаний тогда заметили представительницы Pussy Riot Надежда Толоконникова и Мария Алехина. Вместе с еще несколькими женщинами из числа бывших осужденных они пытались зарегистрировать в России организацию «Зона права», но им ожидаемо отказали.
Несмотря на свои попытки быть вне тюремной системы, Кира снова ступила на преступную тропу по возвращении в Беларусь. Почти все ее обвинения (а их было не менее восьми), по информации «Белпол», снова были связаны с кражей различных сумм денег и имущества. Последние известные кейсы — ограбление одной квартиры на 700 рублей и другой на 300 рублей.
Борис: стал поваром и приютил кота
Жизнь Бориса сложилась счастливее.
В семье Марины он стал восьмым по счету ребенком. Парень ни на секунду не сомневался в том, что его усыновление — подарок судьбы. Свое детство с поездками за границу и подарками от различных фондов он считает счастливым — в приюте, он уверен, такого бы не было.
Мать поддержала Бориса тогда, когда ему было наиболее тяжело — во время признания сексуальной ориентации. Пока другие кричали ему в спину гадости на улицах Жодино, Марина только произнесла, что будет любить его всегда, потому что он ее сын.
Каминг-аут, о котором подробно рассказывали в «Именах», дался парню непросто, но после переезда с малой родины в столицу он стал дышать свободнее. А как приютил кота — еще и счастливее.
Борис выучился на повара и продолжает работать в пищевой сфере — то в качестве официанта, то на кухне. В последнее время он занимался приготовлением собственной продукции «Санты».
Саша: музыкальные кастинги и борьба за возвращение статуса сироты
До того, как Саша попала к Сагайдаровым, от нее отказывались дважды: сначала в 1986‑м кровная мать оставила ее в роддоме. Через год ее удочерила семья минчан, но вскоре вернула под опеку государства из-за «проявления характерных черт негроидного типа».
Саша окончила БГУ, работала в «Минск-Арене» и в отеле «Виктория», была администратором в суши-ресторане. Параллельно пробовала себя в творчестве, напевая на различных мероприятиях и проходя кастинги для вокалистов. В 2014‑м даже участвовала в песенном шоу ОНТ. Правда, после шоу карьера певицы, к сожалению, не пошла.
В 23 года об Александре активно писали государственные СМИ в связи с борьбой за право на собственное жилье. Она должна была получить его как сирота, но нюанс заключался в том, что почти всех приемных детей Марина Сагайдарова официально усыновляла, давая им свою фамилию и новые имена. И даже когда в 2005 году трудовой договор с Сагайдаровой как с воспитательницей детского дома семейного типа по ее же просьбе расторгли (уже сказывался возраст и подводило здоровье) и детский дом расформировали, направив детей по интернатам, юридически они все равно оставались детьми приемной матери.
Александре пришлось заглянуть за множество дверей различных инстанций и в итоге пройти суд, который отменил удочерение. Марина здесь только поддерживала Сашу. Социальное жилье девушка все же получила.
Известно, что сегодня Александра замужем, воспитывает детей.
Денис: смена фамилии в знак протеста
Денис родился в Слуцке у студентки-бухгалтера и парня из Нигерии, который был старше ее на 12 лет. Но молодая мать от ребенка сразу отказалась. Так Денис присоединился к семье Сагайдаровых.
Денис выучился в Жодинском профессионально-техническом лицее на каменщика-штукатура. Он работал станочником на деревообрабатывающем предприятии, позже — фрезеровщиком. Параллельно, как и сестра Саша, разбирался со своим усыновлением.
Денис рассуждал так: если от него отказалась родная мать, то он навечно сирота и ребенок без опеки, а усыновление носило исключительно формальный характер (мол, Марина же не была его матерью, она стала воспитательницей и только нарушила таким образом его законные интересы на получение социального жилья).
В знак протеста Денис в свое время даже сменил фамилию, взяв фамилию жены.
В итоге суд признал усыновление Дениса Лесуна неправомерным. Это помогло ему решить жилищный вопрос.
Зарубежье: Максим, Екатерина, Зара
Максим Сагайдаров сейчас живет вместе с семьей в Польше и работает дальнобойщиком.
Екатерина давно находится в Бельгии — насколько известно, в эту страну в свое время дети ездили на оздоровление, поэтому она была не чужой для них.
Сестры и братья с удовольствием приезжают в гости к сегодняшней Кэтрин.
Наиболее активна в социальных сетях Зарана (Зара). Девушка живет в Испании, работает в сфере туризма и обожает танцевать.
Иногда свои танцы девушка выкладывает в тикток.
Что касается остальных детей, которых однажды собрала под одной крышей и познакомила жодинка, то они ведут достаточно тихую, непубличную жизнь. Известно, что тремя последними детьми, которых успела взять под опеку Марина, были девочки-белоруски.
Комментарии
Няўжо не ведалі што гэта за ватны манкурт які зневажае і дзяржаўны сувярэнітэт, і нацыянальныя сымбалы, і беларускую мову, і дэмакратыю навогул?